Обычаи в селе Ундино-Поселье. Третья часть воспоминаний Панова Ивана Степановича

Обычаи в селе Ундино-Поселье. Воспоминания И.С.Панова

Вторую часть воспоминаний И.С.Панова читайте здесь.

Праздники

Большие религиозные праздники жителями села обязательно соблюдались.

ПАСХА

На селе этот праздник называли "паска". Пасха - самый большой, самый продолжительный праздник. Он длился неделю. Пасха праздник весенний, последние апрельские дни – начало мая. Но не все жители праздновали полную неделю, ибо эти дни были днями весенне-полевыми. Надо было хлеб сеять, поэтому хорошие хозяева праздновали два - три дня, а потом отправлялись на поле, на пашню. Это естественно, упустить сроки сева было нельзя.

Мои первые шаги в Дальстрое

Ю.М.Бычков. Мои первые шаги в Дальстрое

Предисловие от автора блога

В глубинах Интернета удалось обнаружить опубликованные в 2003 году в журнале «Колымские ВЕСТИ» № 23 воспоминания о первых годах работы в Дальстрое Юрия Михайловича Бычкова, кандидата геолого-минералогических наук, бывшего старшего научного сотрудника магаданского Северо-восточного комплексного научно-исследовательского института Дальневосточного отделения РАН (СВКНИИ ДО РАН).

Очистка льда от разливов нефти

История о поиске способа очистки поверхности льда от разливов нефти, или как мы участвовали в финансировании президентской компании 1996 года

10 марта 2014 года. На улице весна. Утром сел за компьютер посмотреть почту и новости. Чапа - собачка «дворянской» породы, которую несколько месяцев назад притащила в дом внучка, ходит вокруг стола и скулит, предлагая пойти погулять. В рабочие дни в это время она всегда гуляет в лесу в сопровождении жены.

И в том строю есть промежуток малый…

Рассказ "И в том строю есть промежуток малый…" написан Е.С.Курепиным в 2010 году

Е.С.Курепин, 20.09.26 – 13.02.13

Посвящается Виктору Ульяновичу Алексеенко (Ульянычу)

4 сентября 1979 года. Теплый солнечный день. На небе – ни облачка. Такие дни в конце лета на Чукотке бывают редко. Жители прииска Комсомольский немедленно отправились за ягодой в тундру. 

Я собирал морошку за аэродромом, в районе кекур. Набрал полный бидончик и пошел домой. На вершине горы решил сделать привал. Лежу, отдыхаю. Кушаю свою любимую морошку, наслаждаюсь последним теплом заполярного лета. Хорошо! Из долины Ичувеема доносится монотонный шум работающих полигонов. 

Вдруг в этот шум ворвался громкий крик журавля. Ему ответили с Полянских гор и с низовьев реки Ичувеем.

Мой девятый "А"

Когда в старом фотоальбоме мне встречается фотография 9"А" класса 5-й школы города Балея, в котором я учился в 1965-1966 годах, я вспоминаю «Песенку о комсомольской богине» Булата Окуджавы:

«Я гляжу на фотокарточку:

Две косички, строгий взгляд,

И мальчишеская курточка, 

И друзья кругом стоят…».

Секретарем комсомольской организации нашего класса была Лена Чередникова. Мы жили на соседних улицах в районе, известном в городе, как «Ушканка». Знакомы были с детства - Лена часто приходила в гости к своей бабушке, дом которой стоял в самом начале улицы 3-я Нагорная недалеко от нашего.

Закон Промежутка. Часть 5. Как я стал студентом

Как я не попал в стройбат

После моего, неожиданного для балейских друзей, возвращения на Чукотку наше общение поддерживала почта. Авиапочта в те «далекие, уже почти былинные» времена работала хорошо. Писем было много, и двигались они по сибирским просторам быстро. Средний срок в пути был около недели.

Наша балейская кампания отражала особенности заселения «диких степей Забайкалья» в конце 19 - начале 20 века. Особенно разнообразными были национальности наших девчонок. Две Эльзы, Эмрих и Альтгейзер, достойно представляли прекрасную половину потомков поволжских немцев. Татьяна Аршавская собрала в себе красоту всей Малороссии. Но даже среди этих чаровниц выделялась Нина Ярошевич, которую мы за глаза звали «польской красавицей Ингой Зориц», выделяя ее среди всех подруг и подчеркивая свои литературные предпочтения – вместо положенной по школьной программе «Войны и мира» все читали «12 стульев», которые в список рекомендованных программой книг не входили.

Закон Промежутка. Часть 3

Байка о том, как мы каараль осветили

Каждую осень в логу между взлетной полосой и кладбищем проводили забой оленей. Чукчи пригоняли стадо. Прииск помогал рабсилой и через полторы-две недели пастухи налегке возвращались домой в совхоз. А на прииске и в Певеке появлялась оленина, которую почти все северяне предпочитали доставляемой с материка говядине или свинине. В 1966 году бригаду электроцеха, куда после возвращения на прииск я устроился работать, отправили на трудовой подвиг – срочно восстановить времянку от подстанции до каараля. Через неделю ударного труда мы протянули свою «ЛЭП-380» до места забоя и сделали наружное и внутреннее освещение всех мест, где должны были разделывать оленьи туши.

В качестве награды за ударный труд и для поддержания освещения на разделке в рабочем состоянии нас оставили дежурить на каарале до конца забоя. Участникам забоя разрешалось купить тушу оленя, а также в качестве бонуса - несколько килограммов языков и сердец.

Закон Промежутка. Часть 2

Продолжаю свои детские и подростковые воспоминания.

Средство от ностальгии

В 1965 году я закончил восьмой класс. В то время дневная школа на поселке была восьмилеткой, поэтому для продолжения обучения добру молодцу пришлось выбирать из трех путей один: интернат в Певеке, вечернюю школу в поселке или техникум на материке.

Семейный совет рассмотрел весь предложенный список и выбрал третий путь. И поехал я на Урал, где в городе Нижний Тагил был техникум имени братьев Черепановых, тех самых, что изобрели русский паровоз. Прииск дал направление на учебу. Родители снабдили деньгами, а «Полярная авиация» продала билет на рейс «Апапельхино-Магадан». И полетел я на Урал набираться ума-разума.

В школе я учился хорошо, поэтому вступительные экзамены сдал легко, на все пятерки. Даже диктант умудрился без ошибок написать. Зачислили меня на факультет «автоматики и телеметрии» в группу, обучение в которой проводилось на английском (!?) языке. 

Проект «Байкал-2008». Окончание дневника поездки

Три первых части дневника поездки на Байкал были опубликованы ранее.

05.08.08 Вторник.

Наконец-то ночью дождя не было. Поднялись рано. Настроение хорошее. Задачу-минимум выполнили – до Куркулы дошли, коньяк распили, тропу изучили. Дальнейший поход в горы потерял смысл, так как до озера Гитара не дойдем, да и что-то не очень это делать хочется. Все-таки мы за 5 тысяч километров приехали на Байкал, а не в горы. Если бы ехали в горы, то это был бы Алтай. До него ближе. Там совсем другие горы. Более родные и красивые. 

Решено. Возвращаемся на берег Байкала. Принимаем лечебные процедуры, «ловим» и едим рыбу, а также общаемся с проходящими мимо туристами.

Переезд на Комсомольский

В начале 1962 года отца вывели из шахты с подозрением на силикоз и направили на открытые работы на прииск Комсомольский.

1961-1962 гг - пятый класс

Весной 1962 года и мы с мамой переехали на Комсомольский с Валькумея. Здание школы еще строили, поэтому мы занимались в здании первого общежития. Учились в две смены.

Первые ученики школы поселка Комсомольский и ее директор Артеева А.К. (фото было размещено в Одноклассниках Н.Шикаловой, вторая слева во втором ряду)

Закон Промежутка. Часть 1

На летних каникулах 1964 года несколько моих одноклассников, и я в их числе, устроились на работу в маркотдел прииска. Возраст 14 лет позволял летом работать, а не бить баклуши…

Фамилия маркшейдера, к которому меня направили, была Иванов. Он меланхолично посмотрел на нового сотрудника, покусал нижнюю губу и сказал: «Приходи на следующей неделе, сейчас работы нет». Я в недоумении поплелся домой, бормоча что-то про вред штурмовщины - политически мы все были тогда хорошо «подкованы».

Весна 61 года или «Чай варкын?»

Продолжение воспоминаний о Чукотке

Эту байку мне рассказал в 1964 году один из участников «десанта маркшейдеров» на открывающийся полигон на ручье Промежуточный, который берет свое начало неподалеку от современного рудничного поселка Майское - коренного месторождения золота в этом районе, и впадает в реку Паляваам. Про «десант» немного позже. Первый раз эта байка была мной размещена перед днем геолога в «Одноклассниках» на странице «Поселок Комсомольский» в форуме «Цукця-писатель…», который исчез, по причине неожиданного ухода из группы создателя этого форума – В. Амуничникова. 

Ко дню геолога.

Дождливое лето 61 года

Одним из стимулов, который использовали наши учителя с целью заставить одиннадцатилетних шалопаев хорошо учиться, было обещание отправить летом отличников на отдых к Черному морю, в Артек или Лазаревское. Четвертый класс я закончил на все пятерки и мечтал, что вот-вот мне достанется именно такая награда. Но, увы, народная мудрость, сообщавшая, что обещанного три года ждут, оказалась права. Путевок в Артек было очень мало и их дали отличникам, родители которых уезжали в очередной отпуск. Мы же прожили на Чукотке только год, и до отпуска оставалось еще долгих два. Мне не досталось даже путевки в лагерь, расположенный в Сеймчане. Пришлось моим родителям устраивать меня в дневной пионерлагерь, который размещался в профилактории рудника. Купили две путевки на вторую и третью смены – июльскую и августовскую. 

Рыбалка на Валькумее

Продолжение воспоминаний.

В 1934 – 1935 годах С.В.Обручев (сын знаменитого путешественника В.А.Обручева) был в геологической экспедиции, обследовавшей побережье Чаунской губы и районы верховьев рек, протекающих по Чаунской тундре. После этой экспедиции Сергей Владимирович написал книгу «По горам и тундрам Чукотки». У меня есть экземпляр этой книги, вышедшей в Магаданском книжном издательстве в 1974 году. В это время я уже окончил физфак Новосибирского университета и осваивал азы специальности, работая в Бийске в НИИ, современное название которого ОАО «НПО «Алтай».

Детские воспоминания. Девятое и десятое.

Воспоминание девятое (целых два и оба неприятные).

Улица, где стоит наш дом, называется третья Нагорная. В нашем районе все улицы поднимаются в гору. Следующая к востоку четвертая Нагорная. Дальше улица Нерчинская. На ней расположена наша семилетняя школа. Недалеко от школы живет Лора. Между нашими семьями какая-то родственная связь. Только очень далекая. Неожиданно Лора умирает. На похоронах я стою недалеко от гроба. Лора лежит с закрытыми глазами. Она как живая, только очень бледная. Я плачу. Я не хочу, чтобы закрывали крышку. Мне очень жалко Лору. Это воспоминание возникает в памяти по разным поводам в течение всей жизни. Я тогда впервые понял, что смерть – это когда друзья уходят навсегда. Я боюсь терять друзей, но сопротивляться их уходу не могу. Это первое неприятное воспоминание.

Воспоминание восьмое. Друзья детства

Детские воспоминания плавно переходят в юношеские.

Перемена в школе. Во дворе построились друг к другу навстречу две шеренги. В одной ребята, в другой девчонки. Мы держимся за руки и, по очереди распевая слова: «А мы просо сеяли, сеяли, ой дим-ладо сеяли, сеяли», «А мы просо вытопчем, вытопчем…», после окончания припевок наступаем друг на друга. Основная задача выхватить кого-нибудь из противоположной шеренги. Взять в плен. После этого пленный становится участником нашей шеренги. Так как в другой шеренге в основном девочки, то это придает игре дополнительный интерес. В плен попадает не каждая. Некоторых просто никто не ловит, а некоторые пользуются популярностью и сдаются почти без сопротивления.

Я со Светкой

Спортивные и конструкторские успехи

Воспоминание шестое. Лыжник.

Первая картина.

Я катаюсь на лыжах в Томске. Лыжня проложена по периметру сквера, расположенного около дороги. Впереди отец. Я должен обязательно проехать несколько кругов. Я устал, но старательно передвигаю лыжи и отталкиваюсь палками. Отец меня хвалит.

Когда я на первом курсе в 1968 году ездил в гости в Томск, к своим балейским приятелям - студентам Юриям Почивалову и Шипицину, я несколько дней жил на той же улице Вершинина, что и в детстве. Я попытался найти этот парк. И, кажется, нашел. Это был небольшой, даже очень небольшой сквер на пересечении улицы Вершинина с улицей (по-моему) Кирова. Не больше тридцати метров в длину.

Воспоминание пятое. Спасательные работы

Предыдущие детские воспоминания Вы можете прочитать в статье "Новые воспоминания"

Этот сюжет и размышления по поводу спасательных работ вошли в мою книгу "Воспоминания спасателя" в качестве пролога. Сначала хотел отсюда его убрать, но, поразмыслив, оставил. Книга - книгой, а блог - блогом.

Новые воспоминания

Предыдущие детские воспоминания Вы можете прочитать в статье "В мавзолее"

Воспоминание третье. "Пчелку жалко"

Отец ходит по саду и ловит пчел.

Он аккуратно подкрадывается к пчеле и пытается ухватить ее за спинку большим и указательным пальцами. Несколько раз пчелы удирают. Наконец одна попалась.

Отец задирает свою майку и прислоняет пчелу к пояснице. Бац, пчела выпускает жало и оно втыкается в кожу. Отец потихоньку отодвигает пчелу, но жало не вынимается.

В мавзолее

Второе из детских воспоминаний.

Мы идем по лестнице вниз. Это мавзолей. Справа за загородкой, немного вниз стоят два стола, на которых что-то лежит. Я останавливаюсь, чтобы лучше разглядеть. Но появляется большой человек в форме. Он говорит, чтобы мы не задерживались и проходили. Мы уходим. Я так толком и не разглядел, что же там такое. Хотя вроде бы саркофаг с телом Сталина был справа.

Позже мне стали известны некоторые подробности семейной истории, в которой эти двое обитателей мавзолея сыграли основную роль. Да и во всех судьбах обитателей нашей страны тоже.